Две Лиды: жительница осажденного Сталинграда проживает «второе детство» со своей правнучкой
Трудно поспеть за шестилетним человеком. У Лидии Григорьевны получается. Хотя разница в возрасте с правнучкой – тоже Лидой – 83 года. И, если гуляют, нет в округе качелей, которые не «обкатали» вместе.
Лидия Григорьевна родилась за пять лет до войны. Своего довоенного детства не помнит. Потом детства-то и не было: не было качелей, веселых прогулок, игрушек, нарядных платьев и бантов.
«У тебя были косы?» – спрашивает правнучка Лида.
«Немножко были, а потом нас подстригали хорошо, чуть не наголо из-за вшей. Война, была война», – отвечает жительница осажденного Сталинграда Лидия Фисунова.
Война обрушилась на город, когда ей было шесть лет – примерно, как сейчас правнучке. Сталинград – в памяти.
Лида-младшая может увидеть его на оживающем макете в музее-панораме «Сталинградская битва». Здесь и родной для прабабушки Тракторный, уже после бомбежек, ужас которых ощутила на себе Лида-старшая. Семья жила у Волги в поселке Южном.
Отец на тот момент был отправлен в эвакуацию на Урал, где продолжал делать танки. Мама с детьми оставалась в городе. У Лиды еще трехлетний брат и сестра – не намного старше ее.
Долго не решались покинуть убежище в земле, которое стало домом. К концу осени уже по морозу пришлось уходить.
Беженцев фашисты отправляли в лагерь в Белую Калитву. Так сталинградская девочка Лида стала малолетней узницей. Помнит бараки, помнит, как потом жили у чужой женщины, как приходилось просить милостыню. После Сталинградской Победы – возвращение в город.
Голодали и после войны. Девочкой она бегала разгружать хлеб, клеить талоны, чтобы подкормиться.
Благополучная жизнь пришла, только когда повзрослела. Всю жизнь трудилась в сфере торговли, растила детей, внуков. Теперь уже правнучка – еще чуть и догонит в росте. С маленькой Лидой, названной в честь нее, Лидия Григорьевна проживает ее счастливое детство.
Пять лет назад в сквере у дома Павлова появился памятник ее «детству, которого не было» – бронзовая скульптура девочки, пережившей войну.
Сердце этой девочки «будет биться», пока об огненных днях Сталинграда помнят даже те, кто тогда не жил, кто сейчас носит косички с бантиками. Рядом с бронзовой девочкой то и дело появляются конфеты.
Дома разбитые стоят.
На шестьдесят два километра
В длину раскинут Сталинград.
Как будто он по Волге синей
В цепь развернулся, принял бой.
Встал фронтом поперек России –
И всю ее прикрыл собой»